Конфликт интересов как основная черта духовной ситуации времени

Говоря о проблемах духовных основ жизни современного общества, мы неизбежно попадаем в определенный конфликт интересов, исход которого представляется далеко не очевидным. Хорошей иллюстрацией присутствия в реальных жизненных ситуациях нескольких конфликтующих сил (интересов), является маленькая, но поучительная экспозиция в Бруклинском детском музее, где авторы иллюстрируют одну очень важную идею ‑ любое явление или ситуация может иметь различное восприятие, если их описать разными словами и с разных точек зрения. На выставке представлена разбитая яичная скорлупа и три варианта подписей: «break, escape, emerge» ‑ разбилась, убежал (вырвался), появился (возник). Наглядно видно, что то, что хорошо для цыпленка, плохо для скорлупы. Когда такой конфликт интересов непосредственно связан с нами, нам жизненно необходимо выбрать ту сторону, которая нам важнее. Что мы создаем, а чем мы жертвуем?
Сегодня почти симптоматично принятым стал следующий вывод: «подлинного духовного возрождения в постперестроечной России так и не произошло»И это тупик. Любой самоанализ необходимо требует итоговой оценки. Но в первую очередь он требует четко сформулированных критериев исследования и начальной точки опоры. Однако даже их наличие, не говоря уже об их отсутствии, не снимает фундаментальной проблемы человека – принципиальную ограниченность человеческого восприятия, создающую постоянное несоответствие реально существующего и воспринимаемого человеком. Почти единодушный «пафос» отчаяния приведенного вывода, помноженный на вполне простительную человеческую неадекватность оценок, нивелирует в принципе ту противоречивую, неоднородную, несущую в себе множество альтернатив, однако достаточно динамичную духовную жизнь современного общества.
Развивается христианское образование, благотворительные институты, различные общественные, религиозные, культурные, просветительские и научные организации. Исчезает поверхностное, наносное, появились устойчивые формы. Детсады, школы, университеты, библиотеки, международные представительства. Издаются книги, газеты и журналы, созданы десятки музыкальных и театральных коллективов, работают общинные центры с интенсивной культурно-просветительской программой, правозащитные организации. Все это внешне свидетельствует о реальном духовном возрождении страны. При этом, однако, не стоит забывать, что духовное возрождение – это попытка возможности обретения бесконечного результата за конечный и жестко ограниченный отрезок – жизнь, являющийся связью с источником жизни. Не мучительное осознанное ‑ или чаще неосознанное ‑ движение по кругу от себя к себе, но та нить, по которой человек может придти к выходу из лабиринта собственного «Я» и обнаружить Всевышнего. Он же, желая подарить нам свою привязанность, позаботился об альтернативе. Он создал возможность независимости человека от Себя. Плата за такое весьма сомнительное удовольствие, оборотная сторона независимости – отрезанность от Него и Его цели.
Да, сегодня созданы обширные общественные духовные институты, но в них мало интересных для нас людей. Они их не создают, а возможно нет потребности их и создавать. И это, пожалуй, самое главное. Исчезла, растворилась потребность людей в подлинной духовности. Для многих людей вопрос о значении христианской духовной культуры, еще не звучит как отказ от нее. Но он прямо связан с желанием понять, что она человеку прибавит, как усилит личностный потенциал, в какие новые общественные круги и слои она поможет ему войти, что даст ему как личности?
Поэтому совершенно неудивительно, что мы воспринимаем как потерю и нереализованность недостижимость религиозных ощущений начального периода подъема. Мы вновь лишь получили все тот же ответ на сакраментальный вопрос: «Ну почему, почему мы не видим Всевышнего или Его проявления?»
Именно это, по сути, имеет в виду большинство людей, поднимая вопрос о несостоятельности духовного возрождения. Мы не видим, потому что не хотим видеть, поскольку не заинтересованы. Мы замечаем лишь то, что хотим видеть. И как следствие этого, без победы над собственным «Я» нам Творец «не светит». Мы констатируем, что возрождение не произошло, и оказываемся в тупике, имя которому – невозможность достичь Создателя.
Жизненный интервал позволяет человеку понять замысел Творца и тем самым стать ему сопричастным. Человеческой жизни как таковой естественным образом свойственно деление всего на три этапа: Потенциал – Работа – Обретение (подарок). На смену энтузиазму первых достижений приходит каждодневная борьба с самим собой, которая, если увенчается успехом, станет привычным подарком – обретением себя и изначально поставленной цели. Первый и третий этапы ‑ целиком от Создателя. Наше – работа, интервал, соединяющий начало с результатом, путь от кажущейся множественности в соединенное единство. По-другому, обнаружение глубочайшего принципа, заключающегося в том, что конец действия в изначальности замысла (потенциала) (Пс.125).
Если следовать тому, что есть несколько этапов развития, то мы прошли начальный этап духовного возрождения России, когда был дан только сильный толчок через создание условий для этого развития: организованы соответствующие верхние структуры, инициирована инициатива масс, когда люди сами захотели участвовать в духовной жизни, почувствовали вкус к этому. Возрождение наступило, поскольку возникла сама возможность духовного возрождения. Однако мы быстро привыкли к хорошему и перестали его ценить, приобретя духовную инертность и построив некий идеологический фундамент способный отодвинуть от нас Всевышнего вопреки высоким целям и идеалам.
Наше ориентированное на прогресс и технологически вышколенное сознание постоянно толкает нас на поиск новизны за счет расширения границ восприятия и овладения общественно-религиозной действительностью. Религия, став популярным инструментом влияния на общественное сознание, приобретя эмоциональную широту и видимую доступность, потеряла в содержательной глубине. А путь от собственного желания к собственному ощущению привел к тому, что современное религиозное общество, сложившееся, принявшее определенные черты и устойчивые формы существования оказалось остро нуждающимся в самоопределении, в подтверждении того, что выбранный путь ведет к намеченной Высшей цели, а не в никуда.
Другими словами, современное общество остро нуждается не в возрождении, а в преображении – тонком, грамотном изменении формы нашей духовной работы для Бога и людей. Здесь очень важно обладать чувствительным «религиозным слухом» чтобы появилась на свет мелодия, способная преобразить жизнь верующих и окружающего нас мира, влияние которого на духовную жизнь человека отнюдь не стало меньше (Рим.12:2). Общество, так или иначе, формирует вокруг себя духовную реальность. Вопрос лишь в том, чем она заполнена. Несмотря на то что больше половины людей на планете идентифицирует себя верующими в рамках все тех же мировых религий, то что понимает под религией человек часто не является основами религии по-настоящему, а представляет собой или заблуждения, или какие-то внешние атрибуты, которые без внутренней сути не несут в себе чего-то конструктивного.
Религиозная карта мира выглядит все еще довольно благоприятной для христиан. Они составляют приблизительно 33,4% населения планеты; 18,5% землян ‑ мусульмане, 13,4% ‑ индуисты, 5,9% ‑ буддисты, 3,4% ‑ приверженцы традиционных китайских религий, 2,6% ‑ последователи новых религий. Удельный вес нерелигиозных лиц оценивается в 16,1%, атеистов — 3,7%. Однако присутствие на планете более 70% верующих оказывается несостоятельным в реализации возможностей старых интегрирующих инструментов при столкновении с тенденцией глобализации, стилевой эклектикой, плюрализмом социальной жизни, всплеском многообразия. В мире, где религия становится маркером цивилизации и который, по словам Юргена Хабермаса, вступил в эпоху «новой неопределенности» ‑ возрастает хаотизация. В силу цивилизационной значимости религиозного фактора, практически во всех современных конфликтологических моделях в скрытом или явном виде присутствует религия, заставляя общество искать и создавать новые интегрирующие инструменты, конечно же, на религиозной основе.
Все это несколько напоминает ситуацию, описанную в Пятикнижии. Группа людей вскоре после Потопа задается целью построить башню, выше которой не бывает. Презрев мелкие цели, которые может предложить наш мир, они стремятся к небу, к Богу. Однако конечная оценка их, на первый взгляд, весьма похвальных усилий оказывается неудовлетворительной, поскольку, имея всего две возможности – брать или получать, они выбирают первое, что абсолютно эгоистично нивелирует Дающего, прямо заявляя о Его единственной ценности – удовлетворении человеческих желаний. Превращая все, даже Творца, в инструмент по самоудовлетворению, сказал каждый ближнему своему (рээ ‑ тот, за кого чувствуешь ответственность, с кем есть душевное единение): «…Сделаем себе имя, чтобы мы не рассеялись» (Быт.11:3,4).
Люди боялись, что перестанут быть обществом (общиной). Им не пришлось бы опасаться этого, если бы в их представлении главная задача общества заключалась в служении человеческой личности. Когда община соответствует своему назначению, пусть даже она состоит из миллионов, не возникает необходимости в искусственных мерах для поддержания ее целостности, она едина, потому что каждый из ее членов устремлен к самому Всевышнему. Если же общество декларирует принцип «Сделаем себе имя», тогда, конечно, люди принуждаются жертвовать собой, превращаясь в кирпич, приобретающий значимость лишь в «стене» общины. Это было не просто атакой на вечную, неотчуждаемую ценность личности, но покушение на самого Бога, который призывает каждого человека служить непосредственно Ему.
Господь свободы спустился и заговорил в сердце человека, ставшего кирпичиком, и это само по себе есть и проверка Богом замысла человека, и ответ Бога на Здание человечества. Собор оказался не «во имя Неба». С этого момента путем Всевышнего стал не общий путь единения, а разделение, отдельный путь, множество отдельных путей. Если прежде духовное питание шло человечеству в целом, то теперь ‑ по отдельным духовным каналам, когда каждый человек (народ) живет, осознает и дает наименования познанному сам. Люди и народы, рассеянные по своим путям, уже не слышат друг друга.
Мы сегодня строим две «Вавилонские башни» сразу. И в светском мире и в религиозном. Попав в конфликт интересов, современный человек склонен нести кирпич в обе башни, на деле выстраивая все же одну – «башню» собственного «Я». Пытаясь сделать так чтобы было хорошо и цыпленку, и скорлупе, мы упускаем главное: решение относительно того, что и Кто для нас важнее. Что мы создаем, а чем мы жертвуем?
Столкновение с секулярным восприятием мира заставляет нас, вопреки пониманию и устремленности к чему-то большому и отличному от «Я», в абсолютном выражении, рассматривать духовную жизнь в относительных категориях, рациональных, но при этом лишенных своего сущностного содержания. Она превращается в хлеб, который не насыщает, в воду, которая не утоляет жажду. В видимость, иллюзию развития, приводящую в итоге к духовной стагнации разочарованности и тупику.
Общество постепенно становится Зоной Отравленной Технологией, обществом, жизнь которого определяется сложными и зачастую парадоксальными отношениями между технологией и нашим стремлением к смыслу. Религиозное влияние на мир все больше и больше приобретает черты «духовной техники» и вполне открыто можно говорить о существовании религиозной технологии реализации тех или иных духовных проектов. Ввиду того, что информация стала ведущей в ряду технологий, то сообщение (свидетельство) сегодня уже рассматривается не как элемент констатации реальности, но как элемент влияния, давления и манипулирования. Даже если мы ничего подобного не вкладываем в содержание религиозного сообщения, оно почти автоматически воспринимается именно так. Если раньше утверждалось, что человек в религии не нуждается, то ныне она становится продуктом, а свидетельство – рекламой. Предпочитая быстрые решения во всех областях – от религии до здорового питания, мы забываем при этом, что «идите и научите все народы» (Мф.28:19), означает сделать людей учениками Творца, вовлечь их в духовный процесс жизни и учебы, а не просто расписать им все прелести и преимущества духовной жизни на уровне популярной «добавки» или эквивалента кофеиновых напитков.
Технология предлагает бесчисленные способы быстрых решений. Она претендует на то, чтобы сделать нас лучше, умнее, счастливее, повысить нашу работоспособность. Предлагая небывалое быстродействие, дешевизну и большую простоту в обращении, технология клянется обеспечить нас безопасностью, стабильностью сохранением тайны и властью, принося нам при этом душевное спокойствие и освобождение от тревог. Она обещает связать нас с огромным миром и поддержать нашу тесную связь с любимыми и семьями, запечатлевает драгоценные моменты нашей жизни и сохраняет их нам на память. Став основой мировой экономики и великим уравнителем шансов, она обещает сделать нас богатыми. Приобретая, таким образом, все более и более религиозный контекст, технология делает актуально значимым вопрос о правильном умении использовать духовные ресурсы.
Современный прессинг разных технологических вещей вводит человека в более жесткие рамки, которые требуют большей дисциплины и большего профессионализма по отношению к самому себе. У нас появляется больше свободного времени и нам не надо уже так «напрягаться» как раньше. Имея возможность без усилий получать какие-нибудь ресурсы, даже нейтральные, не сверхплохие или хорошие, мы на это «подсаживаемся» и целенаправленно убиваем время просто потому, что это достается нам легко. Вместо долгих разговоров и такого же долгого обучения мы ищем теперь быстрых решений всего, что обрушивает на нас жизнь, ‑ не важно насколько велики эти проблемы. На помощь нам приходит поп-культура в форме поэтапных – шаг за шагом – программ, названия которых говорят сами за себя: «Девять важнейших заповедей…», «Семь секретов…», «Четыре способа сохранить брак», «Восемь признаков того…», «Пять шагов к познанию воли Божьей», «Семь духовных законов успеха», «Десять ступеней к овладению Библией»...
Мы теряем реальные возможности реализации того, ради чего человек создан – общаться и учиться. Нам сегодня уже вполне реально необходимо заново учиться общаться и учиться учиться. Так что, если будете проходить мимо в лоб афишируемых программ типа «Левитация за девять уроков», «Счастье по сходной цене», «Вера для желающих поверить» и т.д. – проходите! И коль скоро мы говорим о результате как о подарке Творца, то сама собой решается проблема ограниченности наших усилий и бесконечности самого Создателя. Ведь подарок – это вовсе не результат, и поэтому он независим от количества затраченных средств, усилий и времени. И получается, что наша жизнь – это средство, а не цель, для эмоционального соучастия (принятия) Истине, Создателю.
Скорлупа эгоизма, не позволяющая ощутить что-либо, кроме себя, имеет, таким образом, единственный смысл – дать возможность нам оттолкнуться от себялюбия и, разбив его, оказаться сопричастным собственному счастью. Именно в этом состоит наша духовная Работа в том водовороте событий, которые потрясают сейчас мир и меняют его лицо. Они оставят за собой не меньший след, чем некогда потоп. Потопа больше не будет. Единый обещал. Сейчас желающему выжить человеку, не обязательно строить деревянный корабль. Но ковчег как способ выживания во враждебной среде годится не только на время потопа (Мф.24:37-39). Каждый из нас в тяжёлое время наделён правом сооружать ковчег и приглашать в него окружающих, держаться вместе со своими родными, с друзьями, единомышленниками ‑ со всеми, кого наша эмоциональная сфера в силах удержать, со всеми, кто захочет придти и обнаружить присутствие Всевышнего.
i] Круглый стол «Христианские ценности в современной России» // bez-sten.com/index.php
[ii] ) Хабермас Ю., Ратцингер Й (Бенедикт VI) Диалектика секуляризации. О разуме и религии / Пер. с нем. (Серия «Современное богословие»). — М.: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2006. С.74.
[iii] Еленский В. Христианство в XX веке: уроки выживания // http://www.transfiguration-nn.org/index.php?id=70&type=0&jumpurl=http%3A%2F%2Fwww.archipelag.ru%2Fauthors%2Felensky%2F%3Flibrary%3D963%26version%3Dforprint
[iv] Журавский А. Религиозная традиция в условиях кризиса секуляризма // magazines.russ.ru/continent/2004/120/zh17-pr.html
[v] Нейсбит Д. Высокая технология, глубокая гуманность: Технология и наши поиски смысла. – М.: АСТ: Транзиткнига, 2005. С. 7,10-14
[vi] Здесь уместна будет одна старинная притча. Как-то раз, двигаясь в направлении пункта назначения, спросил прохожий у ребенка на перекрестке, как ему идти дальше. Ребенок в свою очередь спросил: «Вам какая дорога нужна, короткая длинная или длинная короткая?» «Короткая», ‑ ответил пока еще недоумевающий пешеход. Дорога, указанная ему, была действительно очень короткой. Но вот, как назло, когда до пункта назначения было уже рукой подать, и он уже был виден, начались совершенно непроходимые кусты. И тогда волей-неволей поумневший ходок вернулся к исходной точке, с которой начал свой «короткий» путь, и отправился к цели длинным, но, как оказалось, коротким (в силу бесконечности достигнутой Цели) Путем.