Не каждый умеет танцевать под музыку грядущего

Вы, говорите, время проходит?
Время стоит, проходите вы!

Слова Станислава Ежи Леца, вынесенные в заглавие, очень емко характеризуют поднимаемую нами тему. Почему так важно быть уверенным, что Христос вернется? Как сохранить надежду и избежать разочарования? Действительно так уж важны сроки возвращения Иисуса Христа? Особенно актуальными эти вопросы становятся тогда, когда мы пытаемся примирить наше упование на скорое пришествие Иисуса и промедление Его возвращения за нами. Эта ситуация для многих искренних христиан становится испытанием их доверия Господу. При сложившихся обстоятельствах не всякий сумеет танцевать под музыку грядущего.
От Христа нас отделяет 2000 лет. И мы можем сказать, что уж у кого ‑ кого, а у нас наличие духовных проблем просто закономерное явление. Но временной аспект – «палка о двух концах». Можно возразить, что за 2000 лет можно было бы и научиться решать духовные проблемы. Ан, нет! Не научились. А, собственно говоря, почему? Почему мы, люди XXI века не учимся на ошибках прошлого? Кстати, о тех веках, которые отделяют нас от Христа. Духовные проблемы были уже у ранней христианской Церкви. Они открыто представлены в Посланиях Апостолов. Это проблемы становления, проблемы гонений, опасность ересей. И, конечно же, одна из самых главных, фундаментальных проблем Церкви, навеки причислившая ее к разряду «ожидающая» ‑ проблема ожидания пришествия Христа.
Церковь в конце первого столетия была «терзаема ересями» и «раздиралась на части расколами». Отступление от истины шло по всем направлениям, и христианам нужно было постоянно бодрствовать, чтобы сохранить чистоту своей веры. Проходят века, но заблуждения, как и природа человека мало меняются. Изменяются названия заблуждений, а сами они остаются. Ересь вещь достаточно опасная. Она бьет в само сердце, в саму суть наших взаимоотношений с Богом, нарушая духовную гармонию и единство с Ним.
Что определяет наше духовное здоровье? Во многом, разрешение духовных проблем, сомнений и разочарований зависит от того, как мы для себя определяем цель и смысл нашей жизни. Рано или поздно, но все мы задаем себе такой вопрос. Для верующего человека он не теряет своей актуальности. А лишь начинает звучать несколько конкретнее. У Апостола Павла, например, ответ на этот вопрос можно найти в послании к Римлянам. В начале пятой главы мы вместе с Павлом не только проходим те важные ступеньки к вечности, которые и определяют наше духовное здоровье здесь, «под солнцем», где все так, казалось бы, скоротечно и бессмысленно. Но мы читаем и об очень важной составляющей нашей духовной жизни – «надежде славы Божьей.., которая не постыжает» (Рим. 5:1-5). Павел говорит не только о важности быть утвержденными, о фундаментальности и основательности наших стремлений и чаяний, но и о надежде, которой мы хвалимся, ликуем, гордимся. И все это свидетельствует о нашем наслаждении Богом, говорит о наличии с ним тесных близких взаимоотношений – вера. Это не иллюзия, а удивительная ни с чем не сравнимая реальность. И это не что-то временное, преходящее, способное разочаровать, но основательное, вечное. Ведь Иисус воскрес, явив нам залог жизни вечной с Ним. Его заслугами «получили мы доступ к той благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою славы Божией». Но чтобы пришла надежда нужно преодолеть скорбь, проявив терпение, и обрести опыт.
У Павла каждое слово имеет значимость. Невозможно просто взять так и терпеть, терпеть… Прежде в нас осуществляется некий мыслительный процесс. Мы должны сделать выбор и принять решение, ответив сами себе на известный вопрос «что делать»? Зачем терпеть? Мы вначале думаем. Страдание побуждает нас думать, размышлять, задавать вопросы. Только не подумайте, что Бог такой садомазохист, который наслаждается нашими страданиями и что на земле без страданий и дня нельзя прожить. Но что делать, если по-другому не пробиться сквозь чувственный заслон наших желаний. Господь использует чувство, чтобы заставить говорить наш разум, сделать его восприимчивым к Его словам, установить диалог. И вот терпение, можно понимать как «понимание», рождает опыт. Потому что в терпении проявляется мудрость, а значит, возможность увидеть не то, что и так лежит на поверхности, услышать не то, что и так очевидно, но возможность постичь саму суть, внутреннюю действительность проблемы. А значит, чему-то научиться и возрасти в Боге, ведь «у кого из вас недостает мудрости, да просит у Бога»! (Иаков 1:2-5). Мы вторые, а Он – первый. Тем самым мы даем возможность Христу действовать в нашей жизни. Мы обретаем опыт, опыт общения с Богом, а значит веру, надежду, любовь. Это все одно и тоже, так как природа у этих слов вечна. Все их объединяет одно – вечность. Ведь надежда, например, это не просто что-то надежное, основательное, то на что хочется положиться, понадеяться, но это еще и «ждать», то есть устремлять свой взор в будущее. Это величайшая претензия, заявка на будущность, вечность.
Удивительно то, что Господь также терпит нас. Более того, Он «долготерпит» (2 Петра 3:9). Мы причиняем ему страдания, и он мог бы избавиться от них. Но Он терпит, у Него есть тоже опыт, а значит надежда. С точки зрения Всевышнего мы ценность. Ну, ежели, нам дали проснуться утром, то это значит, что Господь в нас верит. Понимаете? Он надеется, верит нам, верит в нас. О чем мы тут же должны заявить! Это то, что называется «любовью за любовь». «Но ныне, когда вы освободились от греха и стали рабами Богу, плод ваш есть святость, а конец - жизнь вечная» (Рим. 6:22). Это и есть цель и смысл жизни обращенного христианина по Павлу.
Но очень часто все эти красивые построения разбиваются о довод, который приводит Апостол Петр: «Где обетование пришествия Его? Ибо с тех пор как стали умирать отцы, от начала творения, все остается так же» (2Пет. 3:4).
Второе послание Петра было предназначено стать стимулом к преданной вере и ободрением для тех христиан, чье ожидание второго пришествия Христа слабело из-за промедления, казавшегося им ничем не обоснованным. Упоминание смерти в первой главе указывает на отношение Петра к вечности, а ссылка на пророчество дает связь с будущим. Вторая глава ясно говорит о грядущих заблуждениях и упадке веры. Но, неужели все так плохо? Нет, когда есть надежда истинного знания. В третьей главе Петр указывает на единственную возможность будущего, которая состоит в истинном познании Божьего плана и в терпении во время приведения его в исполнение. Но насмешники будут отрицать второе пришествие Господа, о котором с уверенностью говорили пророки и апостолы, к числу которых и причисляет себя автор. Петр, стремится «пробудить наш искренний разум, чтобы мы помнили слова… и заповедь Господа», скорее намереваясь подчеркнуть прошлые наставления, чем передать что-то новое. Апостол предполагает, что то о чем он будет говорить уже известно слушателям. Петр говорит о разуме не загрязненном чувственностью, сравнивая его с превратным разумом лжеучителей.
Давая им характеристику, Петр с горечью замечает: «Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познав, возвратиться назад от преданной им святой заповеди» (2Петра 2:21). Что это за «заповедь Господа», которая была передана когда-то лжеучителям, и от которой они отвернулись, а нам Петр настоятельно рекомендует ее помнить? Есть варианты? Во Втором послании можно и не искать. «Золотой ключик» находится в Первом послании Петра: «Ибо написано: будьте святы, потому что Я свят» (1 Петра 1:16).
Что мы получили? А мы получили удивительную тематическую взаимосвязь между тем, о чем предупреждает нас Петр и тем, что мы читали у Павла: «… плод ваш есть святость, а конец - жизнь вечная».
Теперь пришло время дать слово «невеждам и неутвержденным», которые «превращают Писания к собственной своей погибели» и говорят: «Где обетование пришествия Его? Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, все остается так же».
Более сильный аргумент, наверное, трудно будет найти. Это довод на все времена. В свое время Соломон много усилий потратил, чтобы найти решение этой загадке. Зато теперь и Петр, и Павел с успехом используют его «Соломоново решение» чтобы дать достойный отпор «невеждам и неутвержденным в Писании». О пессимизме Соломона, так ярко нарисованного в Екклесиасте, об отсутствии надежды, бессмысленности и скоротечности существования человека «под солнцем» много говорят и пишут. Но не все замечают, что Соломон нашел решение проблемы. И его произведение отнюдь не пессимистично, а даже очень и очень оптимистично.
Легко заметить, что все вокруг нас мчится, вращается, перемещается с бешеной скоростью. День сменяет ночь, ночь – день. По большому счету, если мы несколько абстрагируемся, от всего что нас окружает, ну остановимся на минуточку (ведь мы так же мечемся по жизни), замрем, и … Что мы увидим, услышим, почувствуем? Мы осознаем, что все вокруг нас приведено в бешеное движение. Причем все это движется с завидной быстротой и упорядоченностью. Только ни я, ни вы, осознав это, «Америки не откроем». Все это до нас открыли, заметили. А мудрый Соломон даже записал это для нас, чтобы, не дай Бог, мы не забыли (Еккл. 1:2-11). Двигаются люди, машины, насекомые, ветер, листья, облака, солнце, вода… Все в движении, казалось бы, вечном и упорядоченном. И при всем при этом, «дор холех ведор ба» ‑ род проходит (уходит…), и род приходит (Еккл. 1:4). Он не говорит род приходит, род проходит, но наоборот. Если бы мы писали, то мы автоматически написали бы приходит и проходит. Но Соломон пишет иначе. И в этом звучит доминанта смерти. Этим он утверждает, что смерть властна над жизнью. Солнце у него, как бездушное творение и то счастливее венца творения человека, так как он проходит, а оно восходит. Да и земля счастливее, так как род проходит, а земля пребывает вовеки. Ничего принципиально нового человек после себя не оставляет. Хотя все цивилизации стремились превзойти своих потомков, их «достижения» покрыты забвением (Еккл. 1:10,11).
Так говорит Соломон, и так ему вторят «наглые ругатели». Жизнь и смерть. Эти два понятия в человеческом сознании слились так плотно, что так парой и идут в представлении людей. Люди заметили это уже давно. Живя, человек умирает. Умирает, чтобы дать жизнь другому. Все вокруг нас, казалось бы, свидетельствует об очень важном законе. Кругооборот жизни и смерти. Эти понятия, различные по своей природе на самом деле выступают почти как синонимы. Как неотъемлемые атрибуты друг друга, как близнецы-братья, как правая рука и левая, как плюс и минус. Я сто лет живу или сто лет умираю? Даже в сказках вода живая всегда соседствует с мертвой водой. Нет середины. Если не жизнь, то смерть, если не смерть – то жизнь. А середина есть слияние жизни и смерти. Но посмотрите, ведь это все-таки жизнь. И жизнь здесь побеждает, даже несмотря на то, что полноценной жизнью это «жалкое» существование не назовешь. В этом тоже милость Божья. Большинство людей находятся в категории существования. Но конец абсолютно всех чаяний человека в рамках нашей планеты – смерть. Только выйдя за пределы человеческого опыта (а он достаточно пессимистичен) можно обрести жизнь вечную. Попытка с помощью эволюционной концепции придать ему положительное начало, оптимизм, а значит жизнеспособность – это, в общем-то, красивая сказка современной техногенной цивилизации, да и прошлых тоже. И, поневоле, придя к вопросу о смысле жизни, придешь к не радостным мыслям. Какой смысл жить, если все умирает, не оставляет плода, который может жить? Поэтому во все времена стремление жить выражалось в творческой энергии человека. Поэзия, искусство, архитектура, кинематограф, музыка, скульптура... Человек оставил после себя мертвые шедевры, но какие прекрасные. Да и не совсем прав я, говоря, что они мертвы. Да, по природе своей они мертвы – камень, дерево, кинопленка…, но в них вдохнута жизнь – дух человека, его «дыхание жизни». Человек желает быть подобным Творцу. Все считающиеся гениальными произведения человека пронизывает динамика, экспрессия, своеобразная, как говорят, энергетика исходит от этих произведений искусства. Говорят, что они как живые, что реально передают события, очень натурально, великолепно, восхитительно, потрясающе и...
Однажды, одного художника попросили написать портрет жены Луначарского. Она пришла в платье из черного бархата. Художник, увидев ее, отказался то работы, так как только Веласкес мог писать черный бархат. Величие художника в том, насколько он может передать осязаемость, предметность внешнего мира. У него видно, что бархат это бархат, шелк – шелк.
Суриков нарисовал муху…на бумаге. Ее долго смахивали, пока не поняли, что она ‑ нарисованная. Человек рукоплещет и торжествует, выражает свой восторг в самых невероятных эмоциональных переживаниях. Человек хочет жить, он спешит жить, он хочет жить вечно, пусть даже в памяти потомков. Все это хорошо. Но даже число этих гениальных людей на удельный вес всего человечества невелико. Остаются миллионы и миллионы. Вся их творческая энергия сводится к совершенно банальным целям. Чаще всего они рождают детей и живут для них, находя смысл жизни в этом и надеясь, что дети продолжат их жизненный путь. Таким образом, речь идет уже не просто о жизни каждого отдельного человека, а о жизни человека как члена гигантского общества. Его жизнь лишь малая толика в общую жизнь планеты. Репродуктивный закон лишь залог того, что жизнь не умрет. Современная философская мысль давно уже говорит о жизни, разуме с большой буквы. Она уже давно грезит в идеальных категориях. Главное – сохранение жизни и разума. Даже не важно, в каком субстрате. Человек будет продолжать эволюционировать, и не исключено, что через пару миллионов лет по земле будут разгуливать низенькие тощие зеленые человечки с огромными головами (ну понятно почему), большими глазами (это чтобы лучше видеть) и не менее большими ушами (это чтобы лучше слышать). Утрирую, конечно, но доля правды в этом есть. К счастью, всего лишь малая доля. А что предлагает Бог? Устами Павла Господь сделал человеку такое предложение, что, казалось бы, от него невозможно отказаться: «Плод ваш есть святость, а конец – жизнь вечная». Впрочем, до Павла Господь человеку неоднократно делал подобное предложение. И что? А то, что человек никогда со времени грехопадения, а именно тогда вопрос вечной жизни и стал актуален, серьезно не относился к нему. Святость для человека слишком большая цена за жизнь вечную.
Не хочет человек быть рабом Бога (Рим. 6:16,22). Он мыслит о какой-то свободе, которая в конечном итоге становится для него худшим рабством. Вот если бы жить как хочется, да еще и вечно! В действительности, эта наша позиция характеризуется весьма библейским словом – глупость. Господь предлагает помощь: «Дай руку, Я вытащу тебя». А мы: «Нет уж, мне и здесь хорошо». Да не просто так, а со смаком таким ‑ хо..ро..шо, потягиваясь от удовольствия. Пусть моя помойка и не большая, зато какая уютная. Ведь все здесь я сам обустраивал. Пусть здесь плохо пахнет, но это мой запах, привычный для меня. А вы все ничего не понимаете, ничего не смыслите в этой красоте. У меня может стиль такой, особенный. Вот! И вообще это клево! А жизнь вечная? Да вот она, вокруг меня, посмотрите, разве это не прекрасно?
В общем, «Думайте сами, решайте сами иметь или не иметь!» Но так или иначе, верующий человек где-нибудь, когда-нибудь, а столкнется с вопросом: «Где обетование пришествия Его?» Ведь все так надоело, когда же Он придет? Видя, как все мчится и движется, мы вдруг осознаем, что время-то летит, а Христа все нет! А так хочется, чтобы уже «да!» И вот здесь начинается парадокс. Все что нас окружает ‑ это иллюзия, в какой-то мере. Время оно для нас. Вне нас, его как бы и нет. И мое отношение ко времени выражается в том, куда я иду и иду ли вообще. Другими словами, куда я иду (а я все равно прохожу, независимо от того в движении или в покое нахожусь) – в никуда, или к вечности. И результат этого пути зависит от поставленной цели, а она дает надежду как антипод отчаяния. Христос подарил нам величайшую цель. Он подарил нам Себя. Почему так важно быть уверенным, что Иисус вернется? Это единственный залог нашей веры, надежды, бодрствования. Принимая Христа своим Спасителем, мы начинаем жить вне времени, в вечности. Наша жизнь приобретает цель, смысл – жить ради Него. Если бы цель Бога была просто в спасении человека, каждого в отдельности, то, как только он принимал бы искренне, надо заметить, Господа – зачем человеку жить далее? Ведь для вечности он приобретен! Мы приняли Христа. Искренне приняли. Но мы уже устали. Мы хотим домой. Другими словами, мы хотим смерти. Поэтому среди многих искренне верующих христиан, ожидающих пришествия Христа, наблюдается апатия, пессимизм усталость. Вялость, утомленность внутренняя. Утомлена наша душа ожиданием. Ну, когда же? Мы несем служение, но не видим пользы от него подчас. Все что было, то и будет. И уже нет в нас сил, радости что–либо делать. Смерти хотим. Но Всевышний хочет от нас другого. В этой ситуации Господь обращается к нам с вопросом, который однажды задал пророку Илии. «Илия, что ты здесь?» Помните, почему Илия хотел умереть? Илия, где ты? Еще здесь, на земле, здесь «под солнцем», или уже там, в вечности, «под небом»? Что для тебя важнее? Твои ощущения от, казалось бы, бессмысленных действий, разочарование, твои цели, твои желания, осуществленные в твоей жизни, хотя бы и ради Бога, или сам Бог. Господь показал Илии, что Он ‑ «Голос тонкой тишины» (ориг.). Он ‑ тишина. Тишина, которая многое может сказать, если прислушаться к ней. Елисей прислушался, оставил быков своих и пошел. Пошел в неизвестность, но за которой скрывается вечность. А Илия тоже оказался в вечности, но что он может сделать для Христа? Что ты здесь? Что для тебя важнее?
А Соломон, который в начале книги констатируя, скажет: «Все суета…, что было, то и будет…, и нет ничего нового под солнцем…» (Еккл. 1:2,9-11), в заключении напишет: «Заключение книги: все услышано. Бойся Бога, и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека; ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо ли оно, или худо» (букв пер. Еккл. 12:13,14). Все услышано! Таким образом, первая истина – «все суета (пар, дуновение)» ‑ оказывается опровергнутой. Бог не забыл нас (ср. 1 Пет. 1:17-21). И это Соломоново решение, которое с успехом применяют Павел и Петр. «…Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (2 Петра 3:5-9).
А мы знаем еще и другое: «…слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. Ибо, как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он есть Сын Человеческий (Ин. 5:24-27)». Верующий на суд не приходит. Почему? Да потому, что «надежда не постыжает», потому что любовь Божья излилась в сердца наши Духом Святым (Рим.5:5). Верующему в Иисуса Христа нечего стыдиться. В нем нет несоответствия. Нет внутренней ломки, борьбы, нет противоречия между внешним и внутренним, между жизнью и смертью. Такой человек как первый Адам, который «и были оба наги (мудры), Адам и жена его, и не стыдились (не было в них несоответствия, сомнения)». Человек надеющийся, это человек имеющий пропиской будущее. Но ведь перед будущим лежит прошлое и настоящее. А о них-то и речь. И о том, как неверное их восприятие мешает нам жить здесь, сегодня и сейчас, то есть в настоящем. Непонимание того, что было в прошлом и не знание того, что нужно делать с настоящим, с той обретенной свободой от греха, приводит к непониманию того, что есть будущее.
В завершение хотелось бы привести еще одну мысль С.Е. Леца. Он писал, что «иные из тех, кто боится взглянуть в глаза будущему, не подозревают, что будущее может показать им зад». Попросту начнет удаляться от них. Иллюзия восприятия времени, о которой мы говорили выше, заключается в том, что мы ждем возвращения Иисуса Христа. В нашем представлении Он там, а мы здесь. Нет, это не плохо. Это правильно. Но правильно и другое. Он здесь, Он рядом с нами, Он там, где мы. Господь находится там, куда мы Его впускаем. Мы можем ждать Его, идя в никуда, идя путем разочарований и не сбывшихся надежд, а можем с Ним идти домой. Дух Святой рядом с нами, в нас находится. Он в роли друга жениха вышел навстречу невесте, а жених готовит все к свадьбе. Он со своей стороны, а мы со своей стороны. Требуется ‑ то от нас немного: идти к Нему, верить Ему, надеяться, ждать, бодрствовать. А по пути, любезно приглашать всех на брачный пир, на этот «праздник жизни». И чем больше нас будет, тем праздник будет веселее. И ведь когда идешь, время стоит. Когда есть цель, когда любишь, время лишь миг (Быт. 29:20). «Всего лишь миг, между прошлым и будущим». На этом пути «надежда мой компас земной, а удача – награда за смелость». За смелость взглянуть в будущее без страха и упрека, понять, что только со Христом и возможно будущее. Когда мы с Ним, мы не одиноки. Обретя Его здесь, сегодня, сейчас – мы обретаем и обетование Его пришествия. Помните притчу о блудном сыне? Папа вышел, но сын должен был захотеть вернуться. В нем должно было созреть желание, желание идти, идти к Отцу. Идите. Прошу вас!